cover2

Вымышленные миры полной свободы

Сегодня открывается персональная выставка Никиты Шохова “Moscow Night Life”. Незадолго до открытия нам удалось поговорить с автором
     Share on Tumblr

Home » Арт, Главное » Вымышленные миры полной свободы

Галина Рымбу: Расскажи про серию – «Утриш»: как она снималась, насколько долго, в каком контакте ты находился с людьми, которых снимал?

Никита Шохов: Эта идея необычной интерпретации Библии была у меня в голове несколько лет. Раньше я мечтал поступить во ВГИК,  изучал для этого фотографию, живопись, смотрел довольно много классической живописи на религиозные сюжеты. Потом уже, когда я учился в Школе Родченко, то в течение обучения два раза ездил к Черному морю, снимал там людей на пляже. Когда я увидел людей на Утрише, то сразу вспомнил про Библию и решил сделать съемку в следующем году.  Примерно несколько месяцев шла подготовка к этой съемке ,  у меня даже был сценарий – примерно несколько сотен сцен для реализации, но получилось сделать не больше сорока сцен. Съемки длились три недели, но с организацией были сложности: обычно ведь актерам платят, а я не мог платить людям, которых снимал, поэтому они были не очень сильно дисциплинированны.

Галина Рымбу: Фотографии выглядят очень непосредственно, как будто бы пойман какой-то момент из жизни, но на самом деле это ведь постановочная фотография?

Никита Шохов: Абсолютно верно. Я задавал людям определенные условия, говорил какую сцену из Библии они будут представлять. Они вживались в роль, импровизировали, а я просто ловил момент, как журналист.

Утриш. 2014

Галина Рымбу: Ты работал с библейским сюжетом только через живопись?

Никита Шохов: Было два типа сюжетов – первые из известных картин, а вторые непосредственно из текстов

Галина Рымбу: По фотографиям создается ощущение, что это такое закрытое сообщество и оно очень сильно контрастирует с нашей повседневностью, где мы не можем себе позволить обнажаться когда захотим, люди вынуждены выбирать специальные места для этого, иногда даже скрываться.

Никита Шохов: Да, так было на Утрише в советское время. Людей гоняли, но они умудрялись снова и снова пробираться туда, в 90-е наоборот – Утриш расцвел, а сейчас опять ужесточение нравов. Это закономерно.

Галина Рымбу: Тебя самого привлекает нудизм?

Никита Шохов: Нет, я не занимаюсь нудизмом.

Галина Рымбу: Когда ты фотографировал нудистов, ты был одет?

Никита Шохов: Да, я был одет.

Галина Рымбу: Как они к этому относились?

Никита Шохов: Абсолютно нормально. Если ты в одежде, это не значит, что ты не можешь зайти к ним, общаться. В их обнажении есть своя цель, философия, единение с природой и все такое…

Фестиваль Пустые Холмы.2011

Галина Рымбу: Неправда, например, у меня нет никакой такой философии, и я все время отдыхаю на нудистских пляжах

Никита Шохов: Значит тебе просто так  комфортно.

Галина Рымбу: Для тебя как-то важна тема сексуального раскрепощения, можно сказать, что ты работаешь с нею?

Никита Шохов: Безусловно, да.

Галина Рымбу: На кого ты ориентируешься в эротической фотографии?

Никита Шохов: Это, Николай Бахарев, Сергей Чиликов, Игорь Мухин, также Терри Ричардсон, Райан МакГинли, Давид Лашапель, другие, в основном, американские авторы.

Moscow night life. 2014

Галина Рымбу: Вот есть новые законы, которые, как мне кажется, призваны не только ограничить, но и как-то деформировать сексуальную жизнь людей, живущих в России. Нам неизвестно, где пределы этих ограничений. Как ты считаешь, может ли в такой ситуации искусство изменить что-то? Можно ли что-то изменить фотографией?

Никита Шохов: Мне кажется, что сама по себе фотография ничего не может поменять. На это способно какое-то целое течение, проявленное не только в искусстве, но и во всех остальных сферах жизни. А вообще для России это все не впервые – ограничения, цензура. Ничего удивительного в этом нет.

Галина Рымбу: Ты готов с этим смириться?

Никита Шохов: Сегодня послабление, завтра усиление, потом опять послабление… Все, как обычно, движется по синусоиде.

Галина Рымбу: То есть ты занимаешь пассивную позицию? Но эта «синусоида», наверное, и от нас как-то зависит?

Никита Шохов: Возможно.

Галина Рымбу: У тебя есть серия с московскими ночными клубами. Как ты стал снимать  клубы?

Никита Шохов: Я переехал из Екатеринбурга, когда поступил в Школу Родченко, а когда еще жил там, то работал в одной фотостудии и потихоньку начал снимать в клубах

Черноморские каникулы. 2012

Галина Рымбу: За деньги или просто так?

Никита Шохов: Сначала за деньги. У меня даже сохранилась одна фотография с этих времен, она была в моём портфолио при поступлении и понравилась Игорю Мухину, он предложил мне попробовать поснимать клубы и здесь. В московские клубы было очень сложно попасть. Это закрытый мир, требуется аккредитация на съемку. Потом я устроился в СМИ, на портал о светской жизни и все стало легче. Но долго там не проработал.

Галина Рымбу: Можно ли назвать то, что происходит в ночных клубах светской жизнью?

Никита Шохов: Деньги и секс правят в клубах. Конечно, есть разные клубы – где-то делается акцент на музыку и общение, но мне как фотографу больше всего нравилось там, где правят деньги и секс. В эти клубы не попасть, если мужчина не показывает всем своим видом, что он набит деньгами, а женщина не излучает секс. Других людей там нет.

Галина Рымбу: Как ты сам к этому относишься? Насколько то, что ты там видел, коррелирует с твоими сексуальными взглядами? Ты сам хочешь быть таким мужчиной и иметь такую женщину?

Никита Шохов: Нет, не хочу. Мне просто было это интересно как другой мир, другая вселенная. Не то чтобы я против такой жизни, но и не за. Я просто наблюдаю. Такое было всегда.

Галина Рымбу: Но, это было, скажем так, в других форматах. Если мы посмотрим на Древнюю Грецию, то не последнюю роль играет «общение» с раскрепощенной женщиной, у которой всегда есть свой мир, своё приватное пространство. Женщины, которые приходят в такие клубы и как бы излучают «раскрепощение», сами могут находиться во власти «закрепощающих» стереотипов, навязанных тем сообществом, в которое они погружены или хотят погрузиться. И это не только визуальное подчинение образам, они целиком конституируют себя по типу этих образов и неизвестно на что они в итоге готовы в сексе, насколько это вообще важно. Если взять клубы, то это все-таки не место для секса, люди приходят туда, чтобы вести игру, возможно ли, что эта игра замещает собой секс, разрядку?

Никита Шохов: Да, это такой параллельный мир. Людям нравится сказка.

Галина Рымбу: На твоих фотографиях видна критическая позиция по отношению к этой сказке.

Никита Шохов: Разумеется, она есть. Но люди, которых я снимал там, кажутся мне красивыми. Фотография делает их другими.

Ксения. 2011

Галина Рымбу: Понимаю, что это сложно, но ты мог бы как-то кратко сформулировать основные темы и идеи своих работ?

Никита Шохов: Михаил Бахтин в своей книге “Творчество Франсуа Рабле и народная культура Средневековья и Ренессанса” проводит интереснейший анализ карнавального аспекта мира. Он разделяет всю нашу жизнь на серьезную и неофициальную. Иными словами, это реальность и идеал. И как мы видим, со времен античности ничего сильно не изменилось. Вся жизнь современного человека разделяется на рутину, когда он вынужден трудиться и соблюдать сословные, служебные, семейные барьеры; и отдых. Я беру тему отдыха из разных сфер современности. И совершенно точно их можно объединить по критерию утопичности: Утриш и Пустые холмы, как вымышленные миры полной свободы; в ночных клубах специально придуман идеальный мир, где не нужно работать, где много пищи, секса, денег и алкоголя. Изображая мир безумия гротескно, непременно снижается “высокое”, свойственное традиции классицизма. Человеческие тела предстают во всей непосредственной материальности и некрасивой природности.

Выставка Никиты Шохова откроется  в Галерее Искусств Зураба Церетели и продлится до 4 мая

     Share on Tumblr

#тэги:    

Комментировать / Читать комментарии


Смотрите также

Scroll to top