honeymilk.org

Биополитика кружевного белья

Политическая история трусов в России
     Share on Tumblr

Home » Главное, Общество » Биополитика кружевного белья

текст: Константин Богачев

Казалось бы не самый значительный вопрос о запрете синтетических кружевных трусов в рамках Технического регламента Таможенного союза «О безопасности продукции легкой промышленности» (который на самом деле вступил в силу с 1 июля 2012 года) вызвал настоящую бурю в социальных сетях. Даже люди бесконечно далекие от проблем выбора женского белья, были захвачены этой волной. Интерес к кружевным трусикам оказался гораздо выше, чем к Олимпиаде или к жирафу Мариусу. Всплески внезапного интереса к малозначительным событиям в общественном сознании, которые сменяются полным забвением – характерная черта для общественного сознания. Однако в случае запрета кружевных трусов было нечто, что серьезно задело нашу интимную сферу.

0

Запрет на синтетические трусы имеет свои резоны. Синтетика негигроскпична, неприятна на ощупь и подчас бьет статическим электричеством тех, кто решит прикоснуться к обладательнице таких трусов. Однако решение о том, покупать ли нам гигиеничные и экологичные, но более дорогие хлопковые трусы, или же купить более дешевые, потратив сэкономленные деньги на питание ребенку – наше личное дело, выбор существ, наделенных свободой воли. Если мы будем в любых мелочах подчиняться решениям партии и правительства, пусть даже верных и продиктованных искренней заботой о нас, то мы быстро превратимся в севернокорейцев, которые настолько отучены принимать самые простые бытовые решения, что для того, чтобы засолить утиные яйца или сделать сосиску в тесте им необходимо получить прямое указание великих и гениальных вождей корейского народа.

Дополнительно возмутило то, что это вмешательство было осуществлено в самой грубой форме – простого запрета, хотя были возможности для более мягкого решения этого вопроса, например, путем повышения благосостояния граждан России, чтобы у них была возможность покупать более дорогое белье из натуральных тканей или предоставления налоговых льгот производителям хлопчатобумажного белья, с тем, чтобы они снизили цены для потребителей.

hm-quote-01

Их появление связано с переходом от диспозиции дисциплинарной власти, к новой диспозиции, которую Антонио Негри (излагая идеи Мишеля Фуко) емко описал таким образом: «Термин “биополитика” указывает на то, каким образом в определенный период власть трансформируется, так что в итоге она может управлять не только индивидами посредством некоторого количества дисциплинарных процедур, но и совокупностью живых вещей, конституированных как “населения”. Биополитика (через локальные формы биовласти) берет под контроль управление здоровьем, гигиеной, питанием, рождаемостью, сексуальностью и т.д., поскольку каждая из этих различных областей вмешательства стала делом политики. Биополитика, таким образом, начинает включаться – медленно, но верно – во все аспекты жизни, которые впоследствии становятся местами развертывания политики государства всеобщего благосостояния: ее развитие в действительности осуществляется исключительно с целью лучшего управления рабочей силой.»

cartoon1

Распространение трусов является одним из элементов биополитики, и на истории их распространения можно хорошо проследить действие биовласти. Трусы далеко не всем сразу показались удобным и гигиеничным приспособлением. Зачастую их приходилось навязывать, ломая культурные и религиозные стереотипы. Вот как описывается этот процесс в «Письме октябренка из Туркестана», опубликованном в журнале «Ёж», № 1 за 1928 год: «Однажды на детской площадке руководительница сказала:

— Ребята, сейчас уже жарко, начинайте носить трусики.

Я пришел домой и попросил мать сшить мне трусики. Мать испугалась и рассказала отцу.

Отец ничего не сказал, зверем посмотрел на меня и ушел из дому. Вечером он вернулся.

… только не вздумай носить трусиков. Если увижу — убью. Пусть русские носят, а для нас, для узбеков, это страшный грех.

Вот как трудно октябрятам у нас в Узбекистане проводить революцию».

Историки, исследующие советское белье, отмечают связь моделей выпускаемого белья с идеологией: с идеей унификации, формирования женщины как труженицы и матери, которой необходимо белье теплое для работы в сложных погодных условиях, просторное, поскольку тесное белье мешает нормальному кровотоку и ухудшает репродуктивные и производственные характеристики, гигиеничное. Нередко постулировалось, что советский человек должен одеваться красиво, но при этом понятие красоты ассоциировалось с тем, что полезно, гигиенично, спортивно, скромно, в отличие от буржуазного понятия красоты как чего-то бесполезного, и, вместе с тем соблазняющего.

 sssr

Однако светское нижнее белье отличалось не очень изящным покроем и довольно низким качеством. Женщины СССР стремились самостоятельно улучшить фасон или приобрести белье, сшитое за границей. Вокруг белья формировались особые практики провоза, спекуляции, пошива и перешива, демонстрации (например, в советских учреждениях с преимущественно женским коллективом). Можно сказать, что белье стало аргументом в споре о преимуществах конкурирующих общественных строев. Отечественные идеологи критиковали западное белье, сделанное из синтетики за негигроскопичность, в то время как отечественное белье, сделанное из стопроцентного хлопка, восхвалялось за соответствие гигиеническим требованиям (так что ведущийся сегодня спор имеет древнюю историю). Однако с точки зрения западного потребителя фасоны и ассортимент советского белья свидетельствовал о пренебрежении к потребностям индивида и к его праву на выбор. Сохранились воспоминания о том, какое удивление произвела коллекция советского белья, купленного Ивом Монтаном, посетившим в 1963 году III Московский кинофестиваль, а затем выставленная в галерее другом Монтана композитором Филиппом Жераром.

«Красивое» западное белье также является элементом механизма контроля, требующим соблюдение диеты, ухода за телом, стимулирующим индустрию косметической хирургии. Бесконечный выбор фасонов и цветов как нельзя лучше выражают идею изобильного общества потребления.

honeymilk.orgИнтересным примером связи трусов и политики является пляжный костюм. Для традиционного общества характерно то, что «негативные» стороны жизни (смерть, секс, нагота) не выводятся за кулисы. Например, позднесредневековые авторы могут осуждать проституцию или внебрачные отношения, предупреждать юношество об опасностях развратной жизни, но не делать вид, что этих сторон жизни не существуют. На позднесредневековых гравюрах мы можем видеть сцены совместного купания, не сокрытого от взгляда посторонних. В России указы о раздельном купании мужчин и женщин издаются императрицами Елизаветой (1743) и Екатериной II (1783).

Акварели Жерара Делабарта, конец XVIII в.
Акварели Жерара Делабарта, конец XVIII в.
Акварели Жерара Делабарта, конец XVIII в.
Акварели Жерара Делабарта, конец XVIII в.

Однако и позже, в «Путешествии из Петербурга в Москву» (1790), Александр Радищев, посетив Валдай, сетовал: «Бани бывали и ныне бывают местом любовных торжествований. Путешественник, условясь о пребывании своем с услужливою старушкою или парнем, становится на двор, где намерен приносить жертву всеобожаемой Ладе. Настала ночь. Баня для него уже готова. Путешественник раздевается, идет в баню, где его встречает или хозяйка, если молода, или ее дочь, или свойственницы ее, или соседки. Отирают его утомленные члены; омывают его грязь. Сие производят, совлекши с себя одежды, возжигают в нем любострастный огнь, и он препровождает тут ночь, теряя деньги, здравие и драгоценное на путешествие время.» А в 9 ноября 1826 г. Пушкин советует в пиьсме С.А. Соболевскому:

У податливых крестьянок

(Чем и славится Валдай)

К чаю накупи баранок

И скорее поезжай.

Ситуация меняется в XIX веке, особенно в высших слоях общества, когда вводятся очень строгие нормы презентации тела при купании. К концу века купальный костюм женщины представлял собой тунику и панталоны неярких расцветок или же костюм, достаточно свободный, чтобы скрывать формы и прикрывающий обязательно колени, а зачастую и локти. Чтобы скрыть ступни, используются купальные чулки и специальные парусиновые башмаки. Однако появление на публике даже в таких костюмах считалось неприличным. Поэтому для мужчин и женщин места купания на пляже, как правило, были раздельны или же купание осуществлялось по расписанию. Но более того, существовали специальные приспособления, «пляжные машины», в которые люди заходили, переодевались и затем заезжали в море, достаточно глубоко, чтобы можно было войти в воду, не будучи увиденными посторонними. Для этих целей также служил брезентовый выдвижной рукав.

Иногда предлагались и новаторские решения этой проблемы, в виде кринолина, скрывающего все тело.

honeymilk.org

Максимально закрытый и неброский костюм постепенно уступал место более открытому, облегающему и яркому, причем каждый шаг вызывал приступ морального негодования.

honeymilk.org

В конечном итоге костюм сократился до слитного купальника спортивного типа. В 1946 году совершается новый прорыв – появляется купальный костюм, состоящий из двух элементов, и составляющий спину и живот обнаженными. Этот купальник получил название «Бикини», по имени атолла, где незадолго до этого происходили ядерные испытания, тем самым эффект, который купальник был призван производить на публику, сравнивался с эффектом ядерного взрыва. Полоски ткани в бикини становятся все более узкими, слипы сменяют трусики типа танго или стринги, бра престает быть обязательным и многие предпочитают загорать топлесс даже на публичных пляжах. А на нудистских пляжах исчезают и трусы.

Можно ли считать этот процесс освобождением человеческого тела (или, если угодно, порчей нравов)? Историк Норберт Элиас, автор знаменитой книги «О процессе цивилизации» (1939) поспорил бы с этим. Он полагает, общее направления процесса цивилизирования состоит в том, что внешние запреты (такие как раздельные пляжи, закрытые купальники или купальные тележки) заменяются на внутренние, на нашу способность контролировать свои чувства и действия. Элиас пишет: «предпосылкой этих изменений, а вместе с ними и распространения спорта среди мужчин и женщин является весьма высокий стандарт связанности влечений. Только в обществе, где высокая степень сдержанности стала чем-то само собой разумеющимся и где женщины, как и мужчины, абсолютно уверены, что сильное самопринуждение и строгий этикет обхождения заставят каждого индивида держаться в рамках, могли развиться купальные и спортивные обычаи такого рода и – сравнительно с предшествующими этапами – такой свободы.» .

hm-quote-03

На нудистских пляжах человек чувствует себя вообще практически невидимкой, поскольку этикет, принятый на них, предполагает отведение взгляда или рассеянный взгляд. Пожалуй, нудистский пляж является самым деэротизированным местом на планете. Перефразируя Маркса, рабство по принуждению сменяется рабством по убеждению.

Однако в диспозиции биовласти можно обнаружить и возможности сопротивления: «поскольку высказывание, что власть наполнила собой жизнь, означает также, что жизнь есть власть, мы можем усмотреть в самой жизни – иными словами, в труде и языке, но также в телах, в желании и сексуальности – место возникновения контрвласти, место производства субъективности, которое должно будет представлять себя как момент выхода из подчинения (désassujettissement)? …. Юридические модели суверенитета, таким образом, подвергаются политической критике со стороны государства, которое обнаруживает циркуляцию власти в социальном и, следовательно, изменчивость феноменов подчинения, которые ими порождаются: парадоксально, но именно в сложности этой циркуляции могут быть заложены процессы субъективации, сопротивления и неповиновения.» (А. Негри).

Такие стратегии располагаются в очень большом диапазоне: от максимальной открытости, до максимальной скрытости. Первую стратегию успешно реализует украинская феминистическая группа «Femen», использующая в качестве политического аргумента публичное обнажение и даже мочеиспускание.

Акция Femen у посольства Украины в Париже в знак протеста против жестокого разгона демонстрации на Майдане 30 декабря 2013 года.

Прямо противоположную стратегию практикует также феминистическая группа Pussy Riot, участники которой используют максимальное сокрытие тела, в том числе и лица (используя балаклавы), что позволяет им создавать анонимные множества, которые могут эффективно ускользать от власти и противостоять ей в самых неожиданных местах. Другой замечательный пример из практики Pussy Riot – использование трусов для хранения подрывных материалов в специально пришитом кармашке (своего рода трусы в трусах): то, что призвано скрывать от самого человека и от других его сексуальность начинает использоваться для сокрытия от властей. Публикация этих фотографий заставила многих фолловеров микроблога Надежды Толоконниковой вспомнить о своем опыте сопротивления: «у меня в детсаду были трусы с карманом! я в него сухари обеденные прятала на тихий час)))» (Nina Silina).

Из твиттера Надя Толокно @tolokno: «Мои трусы времен концертов pussy riot – с карманом, чтобы флешки прятать, попадая в отдел».

tampon

С трусами можно также поэкспериментировать, например, попытаться их возложить к Стеле независимости в Алматы или водрузить себе на голову. Этот кажущийся глупым поступок, совершенный 16 февраля 2014 года, вызвал у правоохранителей реакцию, описание которой напоминает рассказ Хармса: «Два журналиста попытались порваться к Стеле и возложить к ней кружевные трусы, они были задержаны полицией. Еще одна участница попыталась надеть эти трусы на голову и тоже была задержана полицейскими.» Отметим, что остальные участники манифестации, направленной против девальвации, остались нетронутыми. Такое нестандартное поведение (социологи называют это «гарфинкелинг») способно сломать гештальт охранникам правопорядка, однако предъявить задержанным какие-либо обвинения они не смогут, что лишь прибавит им еще бадхерда.

honeymilk.org

Как будут развиваться события вокруг трусов в будущем, сложно предсказать. Будет ли таким образом биовласть ужесточаться и захватывать все более интимное пространство или же трусы смогут стать точкой сопротивления? А возможно запрет на кружевные трусы – это элемент паззла совершенно иной, безумной стратегии, о которой написал недавно поэт Марианна Гейде: «Я, наконец, понял, что это мне всё напоминает. Мой любимый фильм “Девять жизней Томаса Катца”. Там в конце все боги умерли, остался один, идиот идиотом, по имени Дейв. И вот сидит этот Дейв перед кучей мониторов жмёт на кнопки и уничтожает всё сущее, но не сразу, а произвольно выбранными классами. Например, говорит “нет юбок” – и исчезают все юбки (сказано же, он не очень умный). “Нет голубей”. Или вот например “Нет кружевных трусов”. В конце концов говорит “Нет Дейва” и тоже исчезает, и экран гаснет. Извините за спойлер, в особенности если окажется, что это и в самом деле спойлер.»

Антонио Негри. Труд множества и ткань биополитики // Синий диван, 2008.№12.

Норберт Элиас. Отношения мужчины и женщины: изменение установки // THESIS, 1994, вып. 6

Ольга Гурова. Советское нижнее белье: между идеологией и повседневностью. М.: Новое литературное обозрение, 2008.

     Share on Tumblr

#тэги:    

Комментировать / Читать комментарии

  • http://profiles.google.com/bogorad bogorad

    вот было бы здорово, если бы журналисты читали бумаги, которые комментируют! уж про консультациии со специалистами я и не мечтаю.


Смотрите также

Scroll to top